предыдущая главасодержаниеследующая глава

II. Путешествия в пустыне

Пустыня внушала египтянам страх и уважение. Они не забывали о том, что в доисторическую эпоху их предки долго бродили по ней, прежде чем обосноваться в долине Нила. Один из египетских богов, Мин, чьи главные святилища были в Ипу и Коптосе, царствовал над всеми пустынями между этими городами и Красным морем. Его избранной резиденцией была "гора священная, первородная, первой поставленная на земле Ахетиу [Ахет - страна, расположенная за пределами земель, известных египтянам], дворец божественный, давший жизнь Хору, гнездо божественное, где процветает этот бог, священное место его отдыха, царь гор божественной земли"*.

* (Ham., 192.)

Всевозможные опасности подстерегали путника, отважившегося углубиться в эти священные владения без должных приготовлений: голод, жажда и нежелательные встречи ожидали его там. Львы, которые раньше подходили к Нильской долине и нападали на быков, уже почти исчезли, но по-прежнему следовало остерегаться волков, пантер и леопардов. Однажды Хоремхеб столкнулся лицом к лицу с огромной гиеной. К счастью, этот храбрый воин был вооружен. Вытянув вперед левую руку, он уже занес правую руку с копьем, но под его пристальным взглядом гиена отступила*.

* (Wr. All., 121; Miss, fr., V, c. 277 и табл. III.)

Пустыня восточнее Гелиополя кишела змеями. Путешественники видели там и совсем странных зверей: грифонов с человеческой головой, крылатых пантер, гепардов с длинной, как у жирафа, шеей, зайцев с квадратными ушами и прямым, как стрела, хвостом*. Иногда встречались племена кочевников вроде тех, что однажды предстали перед "князем" города Менат-Хуфу: мужчины, вооруженные метательными палками, луками и дротиками, их жены и дети, а впереди всех выступали "шейх" и жрец с цитрой**. Это мирное племя хотело лишь обменять на зерно свой зеленый и черный порошки, из которых египтяне изготовляли различные косметические средства для подведения глаз. Но другие племена занимались только разбоем. Для безопасности путников в пустыне строили святилища. В одном из таких святилищ на пути от Гелиополя к Красному морю недавно обнаружена скульптурная группа, изображающая Рамсеса III и богиню. Памятник покрывают надписи, извлеченные главным образом из одного древнего сборника, где часто упоминаются жены Хора***. Кто умел, читал эти надписи. Но, возможно, достаточно было лишь взглянуть на них или прикоснуться к ним? Во всяком случае, путники шли дальше с надеждой, что милость богов, дарованная фараону, распространится и на них.

* (Newberry. Beni-Hasan. T. I, табл. XXX; T. II, табл. IV.)

** (Wr. Atl., II, табл. VI.)

*** (ASAE, XXXIX, c. 57.)

Либо потому, что они не сумели заручиться расположением богов, либо потому, что им, к несчастью, попался скверный проводник, путешественники иногда сбивались с пути и блуждали по пустыне. Некий Интеф, которому при Аменемхате I поручили доставить блоки из каменоломен "бехена", рассказывает:

"Мой господин послал меня в Рахену, чтобы я привез этот прекрасный камень, лучше которого не привозили со времен богов. Но не было ни одного охотника, знавшего, где находится [Рахену] и как туда добраться. И вот я восемь дней блуждал по пустыне, не зная, где нахожусь. Тогда я простерся па животе перед Мином, Мут - великой волшебницей, и перед всеми богами пустыни. Я возжег перед ними терпентин. Утром, когда земля озарилась и пришел новый день, мы вступили на эту превосходную гору Верхнего Рахену"*.

* (Ham., 199.)

Интеф добавляет, что его партия рабочих во время блужданий по пустыне не разбрелась и ему не пришлось оплакивать мертвых. Но Интефу и его спутникам просто повезло.

Сей достойный "инженер" познакомился с пустыней по воле случая. Но были египтяне, которые проводили в песках многие годы, отыскивая месторождения и подступы к ним, а также, несомненно, по склонности к бродячей жизни. Некий Саанх, начальник стражников пустыни, управитель Египта в этих местах и начальник гарпунщиков на реке, руководил здесь экспедициями и собрал для них столько припасов - бурдюков, одежд, хлеба, пива и свежих овощей,- что, казалось, долина Рахену превратилась в зеленый луг, а гора "бехена" - в озеро. В возрасте шестидесяти лет этот отец многочисленного семейства, у которого, как у патриарха Иакова, было семьдесят детей, без устали бороздил пески пустыни от Таау в Менат-Хуфу до Великой Зелени*, охотясь по дороге на птиц и зверей**. Именно таким неутомимым исследователям мы обязаны картами вроде той, что хранится в Туринском музее, которые по праву считаются самыми древними картами в мире. Они представляют район каменоломен и золотых рудников Коптоса, как их тогда называли. Пески окрашены в ярко-красный цвет, горы - в темно-желтый. Отпечатки ног на дорогах указывают направление. Крепость отмечает местоположение развалин, где фараон Сети некогда поставил стелу***.

* (Вероятно, здесь - Красное море.)

** (Ham., I.)

*** (Воспроизведено в Bibliothèque égyptologique. T. X, c. 183- 230; cp.; Gardiner in: The Cairo scientific journal. T. VIII, c. 41.)

Мы уже рассказывали о стараниях Сети и его сына отыскать воду в этой стране жажды. Рамсес III с гордостью вспоминает, как он построил в пустыне Айн большой водоем и обнес его стенами, нерушимыми, как медные горы... Входные ворота были из пихты, засовы и замки - из бронзы*.

* (Pap. Harris, I, табл. 77-7-8.)

В некоторых вади восточной пустыни росли драгоценные фисташковые деревья, чью смолу, "сенечер", возжигали в храмах, дворцах и домах. Правда, богам больше нравились благовония страны Пунт. Когда "потерпевший кораблекрушение", выброшенный на остров, убедился, что хозяин острова, огромный Змей, вовсе не так жесток и страшен, как ему показалось сначала, он пообещал ему смолу фисташкового дерева. Посмеявшись над его наивностью, Змей сказал:

"Немного у тебя мирры, то, чем ты владеешь,- это ладан. Я же - владыка Пунта, и мирра принадлежит мне!"*.

* (Naufragé, 149-151.)

Настоящие благовония были действительно редкостью, но вместо них возжигали в курильницах терпентин, от которого поднимался душистый дым, приятный для богов и людей. Кроме того, терпентин жгли, когда забивали животных на дворе храма, да и в частных домах, как средство против затхлости и насекомых; кроме того его использовали в косметике.

Пчелы охотно посещали фисташковые рощицы, поэтому там не только срезали черенки, чтобы высадить их в саду храма, но и собирали дикий мед, который пользовался большим спросом. Рамсес III назначал специальные отряды стражников и лучников для охраны караванов сборщиков. Благодаря им путники чувствовали себя в негостеприимной пустыне в такой же безопасности, как в Тамери, на возлюбленной земле Египта*.

* (Pap. Harris, I, табл. 28, 3-4, табл. 48, 2.)

предыдущая главасодержаниеследующая глава




© Злыгостев Алексей Сергеевич, 2013-2015
При копировании материалов просим ставить активную ссылку на страницу источник:
http://egypt-history.ru/ "Egypt-History.ru: История и культура Арабской Республики Египет"