предыдущая главасодержаниеследующая глава

Введение

Первой древнеегипетской скульптурой, приобретенной Эрмитажем1, была монументальная статуя богини Сохмет-Мут, привезенная в 1837 г. русским путешественником А. С. Норовым из храма богини Мут в Фивах и сначала находившаяся в Академии Художеств2.

1 ( Древнеегипетские памятники в собрании Эрмитажа имелись и раньше например, резные камни в коллекциях Екатерины II.)

2 ( Египетская скульптура, поступившая в Эрмитаж до 1891 г., кратко описана В. С. Голенищевым в его "Инвентаре Египетской коллекции Эрмитажа" (Golenischeff, Inventaire), отдельные скульптуры - еще раньше, в работах О. Трея (Treu, Ueber die agyptische Sammlung), Ф. Жиля (Жиль, Музей императорского Эрмитажа), И. Либлейна (Liblein, Die aegyptischen Denkmaler). Указания как на эти, так и на позднейшие публикации даны ниже в описаниях памятников.)

И само путешествие А. С. Норова, и покупка им монументальной статуи древнеегипетской богини, несомненно, стояли в тесной связи с тем широким интересом к памятникам древнего Египта, который возник в русском обществе с начала XIX в.

Внимание к Египту было привлечено еще египетским походом Наполеона. Как известно, особая группа ученых и художников, сопровождавшая войска Наполеона, составила разностороннее описание Египта3. Во Франции появились архитектурные памятники и предметы бытового убранства своеобразного "египтизирующего" стиля, получившего название "Retour d'Egypte". Этот стиль нашел свое отражение и в России - например, гауптвахта у Петербургских ворот в Кронштадте4. Прекрасным его образцом может служить выполненная по рисункам А. Н. Воронихина Египетская передняя Павловского дворца5. Воронихин же делал и рисунки для "египтизирующих" предметов внутреннего убранства Зимнего дворца - ваз, торшеров6. Насколько был живым интерес к Египту, видно, например, по тому, что посланный в 1803 г. после окончания Академии Художеств в Рим скульптор В. И. Демут-Малиновский в числе сделанных там работ создал мраморную "голову Антиноя в виде египетского идола". К сожалению, корабль, который вез в Россию эту голову вместе с другими произведениями учеников Академии Художеств, погиб7.

3 ( Description de l'Egypte, Paris, 1809-1828.)

4 ( В. Я. Курбатов, Павловск, II изд. [б. м., б. г.], стр. 50.)

5 ( Там же, стр. 149, 151.)

6 (Г. Г. Гримм, А. Н. Воронихин, Чертежи и рисунки, М.- Л., 1952, рис. 193, 200; Е. Ефимова, Русский резной камень в Эрмитаже, Л., 1961, табл. 28, 29, 36.)

7 ( Е. Мроз, Василий Иванович Демут-Малиновский, М.-Л., 1946, стр.8.)

Предметы "египтизирующего" стиля не могли, разумеется, дать даже приблизительного представления о древнеегипетском искусстве. Не передавали подлинного характера его памятников и первые их воспроизведения. Возможно именно поэтому искусство древнего Египта не получило должной оценки в первой русской диссертации, посвященной этому искусству, - работе П. В. Уланова "Рассуждения об отличительных свойствах памятников египетских и о том, почему знаменитейшие из новейших художников не берут их особо за образец"8.

8 ( И. С. Кацнельсон, Из истории египтологии в России. Первая русская диссертация по древнеегипетскому искусству, - ПС, № 4 (67), 1959, стр. 182- 185.)

Как известно9, еще подготовительные работы Шампольона привлекали внимание не только исследователей, занимавшихся той же проблемой (Де-Саси, Юнг, Окерблад), но и более широкий круг ученых и лиц, интересовавшихся историей древнего мира. За упорными попытками Шампольона найти ключ к чтению древнеегипетских текстов следили и в России. В начале 1822 г., еще до знаменательной даты 14 сентября, когда Шампольон пришел к правильному решению вопроса, у Карамзиных говорили о работах французского египтолога и о полемике с ним дипломата И. А. Гульянова10, одного из тех дилетантов, которые в разных странах пытались отстаивать свои собственные, не имевшие никаких научных основ соображения о способах чтения египетских текстов11.

9 (См. большой материал, собранный в работе И. Г. Лившица "Шампольон. О египетском иероглифическом алфавите", Л., 1950.)

10 ( И. С. Кацнельсон, Неизданное письмо Франсуа Шампольона, - ВДИ, 1947, № 2, стр. 179; Лившиц, Шампольон, стр. 229-230; И. С. Кацнельсон, Материалы, стр. 222-224.)

11 (И. Г. Лившиц, Два неизданных письма Ж. Ф. Шампольона, - ПС, № 2 (64-65), 1956, стр. 115-126; И. Г. Лившиц, Из истории русской египтологии, - ПС, № 3 (66), 1958, стр. 151-170.)

Понятно поэтому, что долгожданное открытие чтения иероглифов Шампольоном, кратко освещенное им сначала в небольшой брошюре12, произвело огромное впечатление. Еще до опубликования основного труда по итогам его работы13 с ним начал переписываться по разным вопросам А. Н. Оленин, директор Публичной библиотеки, член Академии наук, президент Академии Художеств, который, в частности, стремился приобрести подготовляемую Шампольоном книгу14 . Как видно из переписки Шампольона с петербургским книгопродавцем Сен-Флораном и с самим Олениным, автор послал экземпляр этой книги Оленину, но тот еще до получения успел с ней ознакомиться по экземпляру президента Академии наук С. С. Уварова и в письме к Шампольону не только высоко отозвался о его работе, но даже изобразил ему приветствие иероглифами и иератическим письмом15.

12 (Lettre a M. Dacier, relative a Valphabet des hieroglyphes phonetiques, par M. Champollion le jeune, Paris, 1822.)

13 (J.-F. Champollion, Precis du systeme hieroglyphique des ancien egyptiens, Paris, 1824.)

14 (А. В. Мачинский, Переписка Ж.-Ф. Шампольона с А. Н. Олениным, - "Проблемы истории докапиталистических обществ", 1934, № 7, стр. 72-89; И. С. Кацнельсон, Неизданное письмо Франсуа Шампольона, стр. 179-182.)

15 (А. В. Мачинский, Переписка Ж.-Ф. Шампольона..., стр. 80 и 86.)

Появление этого труда Шампольона было отмечено в русской печати: "Сын Отечества" опубликовал и сообщение о самом факте дешифровки, и ряд статей с изложением содержания книги. Автором этих статей, вышедших затем отдельной брошюрой, был декабрист Г. С. Батеньков16. Дальнейшие исследования Шампольона еще больше расширяют круг его русских читателей и укрепляют прежние связи. Во время его поездки по Италии в 1825 г. он был приглашен прочесть несколько лекций в русском посольстве в Риме, в результате которых первый секретарь посольства С. И. Коссаковский составил для посла А. Я. Италинского "Доклад об иероглифической системе Шампольона"17.

16 (Кацнельсон, Материалы, стр. 207-224.)

17 (И. Г. Лившиц, Два неизданных письма Ж.-Ф. Шампольона, - ПС, № 2 (64-65), 1956; Кацнельсон, Материалы, стр. 224-231; И. Г. Лившиц, Из истории русской египтологии, - ПС, № 3 (66), 1958, стр. 151-170.)

10 января 1827 г. Шампольон был избран почетным членом Петербургской Академии наук (на три года раньше избрания его во Французскую Академию). С открытием Шампольона связано и устройство в Петербурге музея египетских древностей. Еще в 1823 г. Шампольон, желавший иметь возможность изучать египетские памятники, собранные французским генеральным консулом в Египте Б. Дроветти для продажи какому-либо государству, пытался заинтересовать Александра I этой коллекцией. Шампольон писал по этому поводу своему старшему брату Ж.-Ж. Шампольону-Фижаку и упомянутому выше петербургскому книгопродавцу Сен-Флорану, прося последнего сообщить об этом А. Н. Оленину18.

18 (Любопытно, что в книге Ж.-Ж. Шампольона-Фижака, посвященной истории Египта (J.-J. Champollion-Figeac, Egypte ancienne, Paris, 1839), подписи к некоторым иллюстрациям (табл. 13-32) сделаны на французском, русском и немецком языках.)

Хотя приобретение коллекции Дроветти для России не состоялось19, тем не менее при Петербургской Академии наук в 1825 г. устраивается "Египетский музеум"20, помещение для которого было отведено в первом этаже восточного крыла Кунсткамеры. В 1825 г. для "Музеума" приобретается большая коллекция, собранная в Египте Франциском де Кастильоне, "австрийским дворянином, купцом из Милана"21. В этой коллекции были такие прекрасные скульптуры, как деревянная статуэтка молодого человека времени XVIII династии (№ 72), статуэтка Птахмеса (№ 80), интересная статуя опахалоносца Аменеминта (№ 78), а также ряд ушебти и бронзовых статуэток (в том числе статуэтки адорантов)22. Сведения о подготовке помещения "Египетского музеума" и о приобретении египетских древностей, несомненно, привлекали внимание не только академической среды. Вряд ли случайно, что в 1825 г. новый мост через Фонтанку украшается сфинксами работы скульптора П. П. Соколова и получает название Египетского.

19 (Она была куплена в 1824 г. для Турина и образовала собрание египетских памятников Туринского музея. Вторая коллекция Дроветти была в 1827 г. продана в Лувр. В том же году Дроветти подарил Публичной библиотеке в Петербурге два папируса, хорошо известные и тогда и позже как "папирусы Денона", так как они были найдены в Мединет-Абу членом наполеоновской экспедиции, художником и дипломатом В. Деноном (см. В. И. Евгенова, О древнеегипетских папирусах Государственной Публичной библиотеки им. М.Е. Салтыкова-Щедрина, - Труды ГПБ", II (V), Восточный сборник, Л., 1957, стр. 5-10). Возможно, что этот дар Дроветти был сделан им не случайно и что он надеялся на покупку русским императором хотя бы второй своей коллекции.)

20 (Т. В. Станюкович, Кунсткамера Петербургской Академии наук, Л., 1953, стр. 215.)

21 (Архив Академии наук СССР, Ф. 4, оп. 2, 1825, № 75, л. 17; см. также лл. 1-5, 16, 17, 20, 23; Т. В. Станюкович, Кунсткамера Петербургской Академии наук, стр. 216.)

22 (Помимо коллекции Кастильоне Академия наук в 1827 г. приобрела у петербургского купца I гильдии Анастаса Аверова деревянные расписные саркофаги (Архив АН СССР, Ф. В., оп. 1, 1825, № 80, лл. 1-8; Т. В. Станюкович, Кунсткамера Петербургской Академии наук, стр. 216), а в 1840 г. получила в дар от Лавизона (Александрия) фрагментированный папирус с цветными рисунками, происходящий из Фив (Golenischeff, Inventaire, pp. 176-177, № 1113).)

Интерес к памятникам Древнего Египта в России не прекращался и позже. В 1829 г. в Царском селе, на дороге в деревню Кузьминки, архитектором А. А. Менеласом строятся Египетские ворота в виде пилона, иероглифы для которых моделировал уже упомянутый выше скульптор В. И. Демут-Малиновский23.

23 (23. С. Н. Вильчковский, Царское Село, СПб., 1911, стр. 220.)

Большим событием явилось приобретение русским правительством в 1832 г. в Египте двух великолепных сфинксов фараона Аменхотепа III, поставленных у спуска к Неве против Академии Художеств. Думается, что немало способствовал этому украшению набережной А. Н. Оленин; мы уже упоминали, что он состоял в переписке с Шампольоном, а последний в 1830 г. сам видел в Египте эти сфинксы, найденные Яни в 1829 г24.

24 (В. В. Струве, Петербургские сфинксы, - "Записки классического отделения Русского Археологического общества", VII, 1913; Е. В. Черезов, Надписи на ленинградских сфинксах, - ВДИ, 1949, № 3, стр. 92-100; Porter - Moss, II, p. 160.)

Установка сфинксов и все работы по отделке этой части набережной были закончены в 1834 г. Огромные скульптуры, ставшие отныне одним из замечательных украшений города, несомненно, возбуждали общее внимание, их осматривали, о них говорили. Впечатление от сфинксов могло повлиять и на решение посланного для усовершенствования в Италию в 1834 г. художника Д. Е. Ефимова - изменить маршрут и посетить Восток, в том числе Египет и Нубию25. В 1834 г. уехал в путешествие по Египту и Палестине и А. С. Норов, к поездке которого мы еще вернемся.

25 (Н. С. Петровский, Академик Д. Е. Ефимов - первый русский историк египетского искусства, - "Вестник Ленинградского государственного университета", № 8, 2, 1957, стр. 51-62. В 1838 г. Ефимов издает "Краткие сведения о египетской архитектуре" (там же, стр. 56-61); Н. С. Петровский и А. М, Белов, Страна Большого Хапи, Л., 1955, стр. 356.)

Частные лица также приобретали произведения древнеегипетской культуры26 и искусства, в том числе и скульптуры, во время путешествий по Европе и Египту и через антикваров. Часть этих памятников была куплена Эрмитажем или подарена ему.

26 (Так, во время пребывания со своим кораблем в Египте в 1832-1833 гг. морской офицер И. П. Бутенев приобретает ряд памятников (Н. С. Петровский, Из истории египтологии в России. Папирус Бутенева, - ПС, № 5 (67), 1959, стр. 172-180). А. С. Норов помимо статуи Сохмет приобрел в Фивах папирус с текстом "Книги Мертвых", который подарил в Публичную библиотеку (В. И. Евгенова, О древнеегипетских папирусах, стр. 3, 10-15). Туда же подарил аналогичный папирус в 1858 г. князь Багратион (там же, стр. 8,10-12).)

К середине XIX в. собрания Эрмитажа вообще значительно расширились. Это были годы постройки нового здания для открытия Эрмитажа как "публичного музея". Именно поэтому и была куплена у Академии Художеств в 1852 г. уже упомянутая нами статуя богини Сохмет (№ 102)27. В этом же году в Эрмитаж поступила и вторая по величине из его древнеегипетских скульптур - прекрасная группа Жившего в XIV в. до н. э. градоначальника Фив Амонемхеба с женой и матерью (№ 76). Группа была подарена Эрмитажу герцогом Максимилианом Лейхтенбергским, купившим скульптуру в Египте вместе с двумя огромными саркофагами и другими предметами28. Тогда же, в 1852 г., в составе купленной Эрмитажем коллекции Лаваль были приобретены следующие древнеегипетские скульптуры: саисская статуя жреца Тефнахта (№ 118), статуэтка Осириса из черного базальта (№ 110), большая базальтовая статуэтка сокола, голова саисского царя из базальта (№ 121), а также бронзовые и каменные статуэтки божеств и священных животных. Статуя Сохмет и предметы из собрания Лаваль, Лейхтенбергского и других образовали первую экспозицию древнеегипетских памятников Эрмитажа, занимавшую зал, непосредственно примыкающий к Двадцатиколонному залу и называвшийся тогда "Кабинетом скульптуры"29.

27 (О. Treu, Ueber die dgyptische Sammlunge des Eremitage, St. Petersburg 1871, S. 8. Книга Трея, видимо, осталась неизвестной В. С. Голенищеву, так как он ее не упоминает, указывая, что год поступления статуи Сохмет ему установить не удалось (Golenischeff, Inventaire, p. V).)

28 (В собрании Эрмитажа имеется такое подобие гробницы: оно состоит из трех плит, воспроизводящих три стены, и было поставлено в Абидосе Сахатором. I. Lourie, Trois pseudo-steles du Musee de I'Ermitage, - "Melanges Maspero", I, 1936, pp. 907-908.)

29 (Ф. Жиль, Музей императорского Эрмитажа, СПб., 1861, стр. 350, сл. (№ XIII на плане I). В архиве Эрмитажа, в конце дела о коллекции Кастильоне (Ф. 1, оп. № 1, 1862, № 29), имеется никем не подписанная записка на французском языке, в которой предлагается перевезти в Эрмитаж сфинксы Аменхотепа III с набережной Невы и египетские саркофаги из Царскосельской Руины, причем для сфинксов даже указаны места, где их следует поставить, а именно - два зала по сторонам того, в котором была установлена знаменитая ваза из ревдинской яшмы и в котором автор записки предлагал разместить все остальные древнеегипетские памятники. Однако этот проект не был принят.)

В 1862 г. для пополнения открытого музея в Эрмитаж была передана из Академии наук основная часть упомянутой коллекции Кастильоне30. В 1867 г. Эрмитаж обогатился интереснейшей гранитной статуэткой Осириса времени XXVI династии с крайне важной для датировки данного периода надписью (№ 107). Эта статуэтка поступила в составе коллекции дипломата Н. К. Гирса, содержавшей также ряд фигурок божеств и священных животных31. Оставшаяся в Академии наук часть коллекции Кастильоне вошла в состав собрания Эрмитажа только в 1881 г., когда в музее появился первый египтолог - В. С. Голенищев. Как видно из письма директора Эрмитажа А. А. Васильчикова непременному секретарю Академии наук академику К. С. Веселовскому от 21 января 1881 г. за № 2032, именно этот "причисленный к Императорскому Эрмитажу ученый египтолог В. С. Голенищев" и указал на важность получения оставшихся в Академии наук предметов коллекции Кастильоне "как на необходимое дополнение к Египетскому музею Эрмитажа". 13 февраля 1881 г. В. С. Голенищев получил указанные предметы33, в числе которых была очень хорошая статуя писца Маани-Амона XV в. до н. э. (№ 68).

30 (Помимо скульптур в эти годы в Эрмитаж поступали и другие древнеегипетские памятники. Так, в 1853 г. в Египте было куплено 12 предметов, в том числе четыре прекрасные алебастровые канопы, а в 1861 г. - шесть заупокойных фигурок-ушебти от Балашевича в Москве. В том же 1861 г. граф В. А. Перовский подарил Эрмитажу уникальный памятник - кусок зеленого базальта с вырезанным на нем текстом 64-й главы "Книги Мертвых", принадлежавший упомянутому выше градоначальнику Фив Педиамонемипету.)

31 (Golonischeff, Inventaire, pp. VI-VII, 26-27, № 220.)

32 (Архив АН СССР, Ф. 2, оп.1, 1881, № 11, л.. 43.)

33 (Там же, лл. 45 и 47.)

В течение первых лет работы B.C. Голенищева в Эрмитаже собрание древнеегипетских скульптур музея еще несколько увеличилось. В составе купленной Эрмитажем в 1883 г, коллекции дипломата П. А. Сабурова поступили статуэтки божеств и животных. Аналогичные статуэтки были получены в 1888 г. из коллекции Д. Н. Блудова. В 1889 г. Эрмитаж приобрел от Ибрагима Багира, французского консульского чиновника в Негаде, группу писца Шери (№ 69). Затем в течение долгого времени египетских скульптур в Эрмитаж не поступало.

После Великой Октябрьской социалистической революции в составе ряда национализированных частных коллекций, переданных в Эрмитаж, были и образцы египетской скульптуры, например часть характерной саисской мужской фигуры (№ 120). В 1920 г. было куплено собрание древнеегипетских памятников скончавшегося академика Б. А. Тураева; в числе предметов этого собрания находились статуи саисского времени (№ 117, 123), голова деревянной статуи Древнего царства (№ 2), ряд очень хороших статуэток, как, например, группа супругов (№ 9), коленопреклоненный мужчина (№ 11) и др. В составе коллекции Б. А. Тураева и некоторых других Эрмитаж получил интересные деревянные статуэтки слуг и рабов, ранее не представленные в нашем музее.

Собрание Эрмитажа удавалось пополнять и путем сосредоточения в нем памятников из периферийных музеев, куда древнеегипетские вещи попадали случайно и, не имея отношения к профилю данных музеев, находились в запасах; таким образом, например, поступила в Эрмитаж группа "Пивовары" (№ 30).

Из числа последних приобретений Эрмитажа следует упомянуть хорошую головку времени конца XVIII династии (№ 74), поступившую в 1953 г. в составе купленной музеем коллекции академика И. И. Толстого, и большую алебастровую статуэтку павиана из той же коллекции.

Таким образом, в настоящее время собрание древнеегипетских скульптур Эрмитажа заключает в себе ряд первоклассных произведений и достаточное количество памятников хорошей работы, являющихся характерными образцами египетского искусства различных периодов, центров и направлений. Вместе с тем в нем имеются и пробелы: так, очень слабо представлена скульптура Древнего царства и совсем нет (если не считать фрагмента руки статуи Эхнатона) памятников амарнской скульптуры.

В настоящий каталог включены описания всех древнеегипетских скульптур, хранящихся в Государственном Эрмитаже, за исключением фаянсовых и бронзовых фигурок божеств и заупокойных статуэток "ушебти" (из числа последних в каталог вошла только группа так называемых "ушебти в одежде живых", которые были тесно связаны с другими современными им скульптурами. Публикации остальных ушебти и амулетов явятся отдельными исследованиями, в которых основное внимание будет уделено разбору их назначения и связанных с этим вопросов).

Имеющиеся на скульптурах иероглифические надписи воспроизведены в таблицах в конце книги под номерами описаний. Поскольку тексты молитв на статуэтках божеств и ушебти обычны, из этих надписей воспроизводятся только имена и титулы.

В данной работе описание скульптур времени III-II тысячелетий до н. э. (№ 1-105) составлено М. Э. Матье, времени I тысячелетия до н. э. (№ 106-148) - И. А. Лапис. Введение и часть I написаны обоими авторами сообща.

предыдущая главасодержаниеследующая глава




© Злыгостев Алексей Сергеевич, 2013-2015
При копировании материалов просим ставить активную ссылку на страницу источник:
http://egypt-history.ru/ "Egypt-History.ru: История и культура Арабской Республики Египет"